я 75 года рождения, мама 42, дядя 39 и тётя 35, бабушка 1903 и ни один из них не вспоминал СССР добрым словом.

Они самые что ни на есть колхозники, мама была комсомольским лидером в сельской школе и только благодаря этому ей удалось из деревни поехать учиться в город в техникум на экономиста.

Денег не было ни хуя, от слова совсем, такая экспертиза подойдёт? или вам больше нравится экспертиза тех кто при Союзе ездил на заработки на север и был токарем на заводе последнего разряда? это сколько процентов от населения 1 или меньше?

Кто из моих родственников получил бесплатную квартиру в СССР? да ни кто.

тётя была уборщицей в ДК, дядя работал шофёром в трамвайно-транспортном управлении, мама сперва была экономистом, потом работала в обхсс, бухом в магазине золото, океан, потом главный бухгалтер облпотребсоюза с зп 140 рублей и всё. Всех вокруг сажали, а её нет потому как она не брала себе ничего, её один раз задерживали областные следаки с помпой, хотели дело показательное устроить по доносу грузин кооператоров, когда она шла с сумками после работу, думали деньги несёт, как грузины напели в уши следакам, а у неё там картошка. Мы блядь каждое лето везли на поезде за 1100 км мешок картошки из деревни, чтоб еда была "бесплатная" это я помню с 1980 года и по 90 +-

квартиры ни кто не получил, я вообще не знаю тех кто квартиры получил при СССР, в классе таких было наверное пару человек, сын водителя Совтрансавто и сын первого секретаря райисполкома или как там руководители районных администраций назывались.... а остальные все дети служащих, врачей, учителей да инженеров, все последний хуй без соли доедали.

колбаса сыровяленая, шпроты, хурма, мандарины, апельсины 2шт строго раз в год, перед новым годом. мясо....может раз в квартал ибо на рынке мясо дорого, а в магазинах его нет. В деревне - курица раз месяц, все яйца, овощи, фрукты, ягоды - каждые выходные на рынок в соседний город, чтоб было чем платить налоги и чем платить за "бесплатный" уголь от государства. Два раза в сезон собирались с соседями и нанимали автобус как у Жеглова был, чтоб в него напихать мешки с падалицей и отвезти на винзавод где делали из неё "червивку" тоже за какие-то копейки, помню по кайфу было лежать на мешках под потолком этого автобуса и вдыхать аромат яблок спелых.

собирали по полям травы разные, липу во время цветения и отвозили в аптеку чтоб получить за это какие-то копеечки.....

единственное, что было хорошо в СССР так это детство и юность!

ебал я в рот мудаков и пидарасов которые рассказывают как всё хорошо было и прекрасно и как у всех всё было.

Девочке тридцать один. Представлялось иначе.

Снизу подвал, в нём по пятницам бальные танцы.

Мама у нас. Постоянно безудержно плачет.

Ты бы ещё хоть на пару куплетов остался.

Знаешь, я буду писать тебе каждую осень.

Я почему-то считаю, ты точно услышишь.

Тут холодает, сегодня всего лишь плюс восемь.

Листья опали, и чёрными сделались крыши.

Тут холодает. И это я не о погоде.

Корочкой льда покрываются свежие раны.

Мне говорят, эта боль никогда не проходит.

Я утешаюсь, что просто пока ещё рано.

Я утешаюсь. Я знаю, что необходимо.

Это - взросления самая страшная веха.

Девочкин папа всегда будет самым любимым.

Даже глядящий на девочку с самого верха.

Девочке тридцать три. Любит врать, что немного за двадцать.

Платья носить научилась, а шпильки - не очень.

Папа, смотри, я умею опять улыбаться.

Глупые слезы ни капельки камень не точат.

Этот наш стих - ну, ты помнишь - читают с экранов.

И, не поверишь, я тоже читаю, со сцены.

Плачу, конечно. Где ты был - там вечная рана.

Там, где был ты, только память, а память - бесценна.

Ты не сердись, но мы к осени дачу продали.

Мне заходить в этот дом было невыносимо.

В сейфе твои у меня сохранились медали.

Я покажу их когда-нибудь младшему сыну.

Он стал таким - ты б, увидев его, не узнал бы!

Шустрый, смешной, рассуждает почти что как взрослый.

Банку компота легко может выдуть хоть залпом.

Выше, чем старший был в этом же возрасте ростом.

А рассказать тебе, может, про жаркое лето

и отражения звезд, утонувших в бассейне?

Наши друзья возвращаются к нам "из-за ленты".

Даже не веруя, молимся о их спасении.

Мир поломался. Мы, так, как нам верится, чиним.

Каждому навыку есть теперь, где пригодиться.

Те, кто был мальчики, стали сегодня мужчины.

Ты бы такими моими друзьями гордился.

Маме непросто. Но я обещаю, что справлюсь.

Вот, собираемся скоро ей выбрать щеночка

с добрым, веселым и капельку взбалмошным нравом.

Я отыщу, я смогу, я хорошая дочка.

Ты не ворчи, что к тебе приезжаю так редко.

Я всё никак не приму, что ты - цифры на камне.

Кладбища - это про давних и призрачных предков.

Ты - про блины и картошку с селедкой от мамы.

Ты - про концерты мои и про каждую книжку.

Может, смешно - я всегда тебя чувствую в зале.

Ты есть в любом моем быстрорастущем мальчишке -

в ком-то улыбкой, характером, в ком-то - глазами.

Ты есть во всем. Ничего не проходит, я знаю.

Девочке три в тридцать шесть, и так будет и дальше. Если ты видишь всё нашими, папа, глазами,

значит, ты знаешь: мир честный, в нем нет больше фальши.

Куртку твою сохранила. В ней - веришь? - твой запах.

Кутаюсь и обнимаю в минуты печали.

Девочке три, она едет на шее у папы,

и, выбираясь из куртки, начнет все сначала.